Архив Рэп Лирики

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив Рэп Лирики » Рем Дигга » (2009) Периметр


(2009) Периметр

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

01. Периметр

Это там, где ненужная кома.
Где мимо дома следы кед нарисованы снова.
Где заколачивают наспех, паря,
То, что молодит и в это же время невидимо нас всех старит.
Где в омуте питоны душат, душат, душат,
А слабые тоже хотят кушать.
Спорят не слушая, строят и рушат
Роем заблудшим, строем бездушным.
Адова весть, не надо бы лезть.
В барах пахнет трауром и перегаром, аура жесть.
Где под шторами не светочувствительны зраки.
Где вечно голодны копы и их собаки.
Это там, где клеем пыхтят, а не клеят.
Битами бьют, битами, где играть не умеют.
Где Настины слёзы невидимы.
Где толпы борзые пинают до смерти – это не видим мы.
Где не пугают углы оскалом сходу,
Но многих не стало за годы, встали заводы где.
Валом забот и валом наркоты.
Где пробит плот, а вокруг столько воды.
Где тротуар угрюм, где бордюр не белен.
Дур терем, дом шкур питанных хмелем.
Через бур в вене
Вхожа в каждую любовь с первого куба дурь гелем белым.
Где вечный пит-стоп.
Добровольный пожизненный срок, асфальтовых плит сток.
Есть дверь, нет ключа – суть проблемы.
Где переулки молчат, переулки, где немы.
Этот периметр окутан слоем пыли.
Точно бутон свит, маршрут попутан или забыт,
Дорогами дворами спутан.
Выход – тут он, но скрыт.
Где головы отъехали, где всем всё до пизды.
Тут на дорогах обитают коты.
Цвета начинки гроба в безлунную ночь.
Это там, где вам не не могут, а не хотят помочь.
Это там, где пьют в садиках на паровозах.
Нос рождает спрос и массу передозов.
Где кричать просто незачем.
Отсюда не убежать и не сделать это убежищем.

0

2

02. Кто бы это мог быть?

У микрофона питон, чья утроба бездонна,
Полна поэтов позорных
Всегда, это моя еда.
Не слышал, значит, предал, тебе пизда.
Пали РоЭмДи, цени поэм стиль.
Убирает с колонок, где лежит слоем пыль.
Это как рэп на блюде.
За это уважай, за мной стоят люди.
С бараков Гуково, с помощью звуков вам
И буков дан на руки высший дан.
С битой, от шрамов и ран, от трав и травм,
Отравленный ядом улицы Дигга-тиран.
Я то, что уши ебёт и сушит.
Не прёт – не слушай, но не боле того.
Трёп неприкасаем, гуляет эхом
От городских центров до окраин, вникай, паря.
Мой опасный полёт.
Мой рэп – твой мозговой налёт, лакомый кусок для ртов
Из числа отборных сортов, не сорных пород.
Каждое семя несёт споры в народ, своры рвёт.
Рядом Реаниматор и Санитар.
Не жди, когда сядет батер, у меня есть шар.
Нектар, пыль с веника с огорода цыган.
Он зарядит меня, я заряжу всех кавалеров и дам.

Кто бы это мог быть? Рем Дигга.
Кто бы это мог быть? Рем Дигга.
Кто бы это мог быть? Дигга Рем, Рем.
Кто бы это мог быть? Рем Дигга.

Мой бит, злой бит, басовитый бандит.
Словесный террорист Дигга и ты убит.
Это всё грубый быт, это потерянный стыд,
Это заразно, как СПИД, но как качает, смотри.
Я преподношу зелье посредством носителя.
Бомба без фитиля.
Цени мощь техники, злое варево из-под полы.
Сей продукт посетит все углы.
Это пристанет, как зараза, пускай.
Четыре-два база, цифрует лай, штампует лай.
Трёп не кроток, короток слог, рэп гений.
Необходим, как чек вене, как член Лене,
Как дым вдоху, как снег десне.
Я смею везде быть, хотя меня здесь и нет.
Без ведома носитель выведет на каждый клуб.
Каждый круг, пройдя тучу целую влажных рук.
Это похоже на охоту, я уши ловлю.
Это должно отбить охоту делать хуйню
У писцов, спецов, певцов ебучих.
Им кажется, они нужны нам – их глючит.
Эту подачу не взять им, не вывести.
Кабины мять им влом мне, выместил
В двух словах осадок и исчез.
Залез в мой лес, для тебя здесь нет мест.
Рем Дигга камикадзе, рэп садомаза.
Это как с пятиэтажки сальто назад.
Мой монолог – сын угрюмых районов,
Белых пятиэтажек, крытых наркопритонов.
Сын терриконов, плод безумных идей,
Со стажем около четырёх штук серых дней.
Это наркотик, я заторчал сам
И попробовать дал первый бодяженный грамм.
Приобрёл потом азы, унаследовал шарм.
И это есть я, в динамиках здесь и там.
Там, в ста км с кропалём от Папы,
Это начато, выбито на камнях, это не лапать.
Дарю шрамы с Шамой, ты будь начеку.
Пошёл супротив "Суи", ты того что ли, ку-ку?
Рем Дигга камикадзе, стиль опасный.
Клей на уши пластырь и беги прочь.
Белый, как мел, чел.
Жди сиквел, жди сиквел.

0

3

03. Головы, которые...

А мой район, злой район, да чё там район – город.
Разным, грязным, всяким закалён; есть повод
Держать в кулаке стального железа пуд,
А то чердак как разъебут.
Лают собаки, скулят шакалы табаки.
Тарят в сараи соляры полные баки.
Воют ватаги от пойла грязной манаги.
Моют в бараках руки от красной от влаги.
Пишут на коже ножами злые зигзаги.
Ищут по рожам копы широкие зраки.
Тут же прям ложат, воротят трубки с бумаги.
Шпогают вены, дырявят фляги.
Босятские волнения.
Белка в неадеквате у руля.
Ро угомонить нельзя.
Суки тянут ноздри до засыпанного клацем хуя.

Гуси подбиты, кулаки сбиты,
Дела забыты, тела пропиты.
И это едва потеха ли,
Шутить с головами, которые отъехали.

Круг спин и Нина с Валей.
Конина и пэк шмали, это друг Клин, подруга Галя.
Это когда без причин валят,
Ложат на чин, под покровительством чьим и так далее.
Кулак крепок, как алкоголь в крови.
Босяк цепок в ноль, лови боль в брови.
Необузданный нрав, тьма тьмущая прав.
Продукт букета из пойла, шалав, прущих трав.
Планы на завтра ломаются, точно сегодня носы.
Лаванда сливается к тем, кто сливал досе в трусы.
Снимаются побои легко, точно вчера типов крали.
Сочно на ура брали на флюс, плюс глотали.
Головняки на подвале, заявы, угрозы.
Взгляды криво и косо, из-под пива розы.
Хаотичный бычиный шаг, бычит ишак.
Пьяный пьяному враг, по-другому никак.

Гуси подбиты, кулаки сбиты,
Дела забыты, тела пропиты.
И это едва потеха ли,
Шутить с головами, которые отъехали.

0

4

04. Скит

скит

0

5

05. Дрессура (п.у. Слеп Ро)

Икай теперь, Вася, это Икар – килла, классик.
Моя метода – символ модного заката.
За глаза запас азарта, гроза стандарта,
Слова каскадом, сальто со старта, биты куранты.
Начертит на бите тебе вторую дату.
Эта дрессура рассудка, что-то вроде кнута.
Это как бутылкой по будке – горе бомба.
Неуместен компромисс, свой не пойдёт на уступки.
Нужно живо литься вниз, туда, где грязь и окурки.
От поры, до поры дают фору
Дворовые своры, запальные нравы.
Тараном, патроном, по пафосным балам,
По картонным коронам, по пьедесталам.
И нам не грозит типун на язык, мотай на усы, прогресс ростом.
От азов до асов, от осы до "Узи",
И в этой связи все типа тузы. До пизды!
Пора кричать полундра тут кому-то.
Это канун бунта из нутра.
Мы в эфире всё-таки, сука, мы – это на рот замок,
Чтобы урод замолк. 42-й – это хитов завод,
Наш хип-хоп зарок.
Это по заду сапог с небосводом на совок, на совок.

Почуяв свежий бит,
Я тут же, как металл жидкий в него влип, видал?
Прыткий стиль не бит ни кем, глуши рык, бэк, я таких ем.
Хочешь, чтобы ты вмиг сник? Это без проблем.
Пресс невесом тут, не резон плут.
Чисто миста маста понт – шут, сменит тон кнут.
Плюс вдогон огонь с окон и плит, строки потоком на локти положат.
Током ты бит, будешь слогом убит.
Поломан словом пополам.
Спину пытать попандопалом, папой поломанным по голым полам.
Буду тираном для сих рьяных МС.
Тараном месить, на граммы трусить, как баранов пасти.
Не коронованных чемпионов в супертяжёлом.
С жёваным жопой стилем отрешённых пижонов.
Аж сводит зу-зу-бы-бы.
Незапятнанный марш водит грубый быт.
Стиль строг, как Коран, сбитый от шрамов и ран,
Доверенный моим сукам и псам.
Звуками сам мучу, воли басам и битам
Даю боле, чем там, где роли типов с фейсами дам.
Хоть и не лих ростом,
Но опасен, дарит нокауты в ауре, паря псих просто.
Короче цитируй: паря псих, или целуй анал.
42-й квартал мал да удал!

0

6

06. Как собака

Сбив оскомину,
Зажав зубами ненависть вскормленную,
Украв глазами преданность вспоротую,
Сняв с плеч гору ту, словно в порах яд таю.
Спорам рад, палю реакцию.
Как собака кость, свою злость храню.
Зарекаться насчёт уз братских,
Просто глупостями заниматься.
Вкус блядский, как флюс клацает.
Вот эта привычка никчёмная, чумная – дуться панцирем.
Их туз, братцы, – строки, как они бюст мацают.
То ли дело, когда Тато блюз бацает.
Ошибка во мне? Не знаю. Видишь ли,
Думаю, лучше уйти от того, про что лечишь ты.
А то начинает мутить, не понимая, что метишь в шуты.
И здесь и там, наподобие той мыши же ты.
Особого повода нет скалиться, и пялиться больше мочи нет.
Дрочит контингент, что хочет, но не может.
Ножи точит, но тупит тут же об ножны.
Это понты впрочем, но что-то надо делать срочно.
Нужен кнут, нужен самосуд.
Видишь, они сами ссут, были хамы тут, стали дамы.
Будь в хламе, мой балаган с букетом черепно-мозговых травм.
Повыносили, перебили бы тут всё к хуям.
А кто-то ещё держится за этикет, горе давшему обед.
Не спорить, когда залечивают в цвет.
Мычать, м-м-м, кивать, да запутаться в оборотах.
Слушать кого-то, по ушам ездят когда.
По душам тёрки окончились, остались шкорки,
Осталась сердцевина горькая, чьё место на помойке, и только.
Стойкий, ломкий по природе един,
Но разный резонанс негативных глубин.
Высот и впадин, первосортных гадин осадим.
Босотой за день пробьём тучу клеймён и пятен.
Именно знати, чьи блещут, как неон наряды,
Ниже на тон посадим, представим блядей сзади.

Как собака кость, свою злость храню.
Как собака кость, свою злость храню.
Как собака кость, свою злость храню.
Из нор вытравлю, в упор высрамлю.

Однако мало знаков, улик и поводов.
Совать куда ни попадя бороду незачем, двулики доводы.
По типу шаблона не выедешь, уже не выявишь
Сучьи ноты по лику закрытому и виду лишь.
Нрав кроткий не в моде нынче, не дают ход в клинче.
Откроешь небосвод, сын, чем?
Дружить не стоит с этим чертом в фате.
Шакалы тоже плачут, как дети, но прячут концы в воде.
По бороде пустить, как внемли, друг, среде.
Побороть тех, кто тянет на себя круг в воде.
Что мне дела до тел хилых? Смел вилы выставить?
Сумел в иле выстоять? Видимо чел с силой.
Время точит клыки, лечит раны.
Глубокими будут шрамы.
Смеяться рано, будут плакать.
Злость храню, как собака.

0

7

07. Давай сделаем так

Давай поделим город на районы, на свиты, на пидоров, на элиту.
На то, что обжито и только вырыто, но покрыто рылами бритыми,
Бригадами с битами, лицами сытыми,
И теми, кто в подвалах на плитах укрыты.
Поделим сараи, дворы, выроем норы, время для ссоры.
Выкроем воры, точно мы выкрадем город.
Бремя раздора на шею вешай, и брови с укором палят пусть.
Крови озера наберём, мы двинемся хором.
Лабиринты заборов, слепые фонари, шторы закрыты в покоях.
Уши не услышат клик затвора, хрип мотора,
Стон забитого, удары ног своры.
Вспоротый живот, как итог скорой.
Давай устроим разборы, кинем в морду предъяв.
Попусту не кидая взоры, бороды гордо подняв,
В самую пору под пойло, каждый ведь хочет корону,
Почёт районов, так пусть течёт кровь, и слышат все стоны.
Полны магазины, головы пусты.
Рушат мосты, оккупируют дружно посты.
По двери свисают сопли с кровью густые.
Водвори всё это в мир, хаос подари.
Бросают – пусть, пустые дела.
Всё да толики малой, нарики – падаль, иные лесные тела.
Ставят на стык, заняты этим, пусть давят, прости.
Жалок раз ты. Берут топоры да ножи, да ставят кресты.
Много ли надо, бога бояться, что ли стаду?
Пустить демонов в массы, в воду добавить яда,
Вырыть канавы, влить в них отраву.
Убить стыд да нравы, смыть быль с памяти старую, чтобы не стало.
Работа пускай не тревожит, позакрывают заводы,
Пусть в городе позабывают заботы, поднимут и вороты головы гордые те.
Сколько только можно злости впитаем в слово "враг"!
Никогда ладонь – всегда кулак.

Давай сделаем так...
Давай, давай, давай, давай, давай, давай...

0

8

08. Виниловый Рома

скит

0

9

09. Дурак

Я вижу, ваша милость куда-то мчит, но куда?
На этот вопрос не ответит никто.

Смерть дней призван исправить паровоз.
Семь нолей, без поклажи воз, в дорогу врос.
Мистер дебош, пробитый череп, уко-укол.
Гангрена дяди Гены уже давно не прикол.
Типа играет, и ты упёрся в угол и всё в поряде.
Тут потеряешь прыть, удаль и всё в поряде.
Тебя несёт волна, все уже там и в нарядах,
Но ведь когда-то придётся вернуться обратно, дядя.
Повод не зачёт, дико течёт по тебе.
Вика, ты чё? Устроил крики, в плечо
Ударил Мишу и, выбежав из хаты, стал на учёт.
Уебал, не причём, кто тут засвечен тобой был или чё?
Качели качелями, но, согласись, немного прёт,
Когда с авто лезет с деревом незнакомый народ.
Ноги, пружины точно, сжаты, тяжёлый живот.
Блядь, отовсюду прут и рычат: – Стоять!
Бывало всякое, мама плакала: – Где твои зубы?
Когда закончится кровь на одежде?
Кулаки грубые видела и уходила в зал.
Я понимал – многое не так, но ждал.
Ждал за долги Васю, ждал за пиздёжь.
Там плакали дети и шлюха его квакала: – Лёшь.
Он был распластан и вовсе напополам губа.
– Ну, братуха, ну не бей меня, ну пожалуйста. – На, сука! На!
Люди сумасшедшие, без вариантов на мир.
Поголовно кровно за спор, с топором под hash, под beer.
Я никакой уже был, стояла Люба и член.
Когда кента битами били, я был занят не тем.
Тот чел известен, товарищ хмурый анал,
Кого Яким с прогиба убрал, нахуй убрал.
И телега-лега не о нём и не о всём этом.
Это так кредо, да предан чему, что тут, да как.
Моль садилась на спины, перемещалась с нами,
Потом пыталась нас сменить, стоя за лбами
Иными, будучи не удел.
Но ни один такой модель не пуганый далеко не улетел.
Беспредел полный сделал, кто сломал – бес.
Предел – вольный полёт, так ни за что.
Это обман точно, убил он многих, но не всех.
План сколоченный из яда утех.
Приоритеты бьют больно не в бровь, в глаз.
Кровь запеклась на ступенях, завелась потом мразь,
Как и везде в паутине этих домов.
Некрещёных мест, тёмных углов, враг не без дел.
Один чел мёл про лагеря, про тот быт.
Стоя гордо, завёл разговор, сильно подпит.
Перегнул палку, ляпнул, кто есть мой брат.
Позже стоял на коленях в слезах, готовый в рот брать.
Это пизда по жизни, не поможет пятьсот всего.
Гнилая сука и всё, и всё.
Но не о нём это и не о ком пусть.
Просто отрывок, паря, в уши тебе груз.
И не ясно мне, в чём бычий гвоздь.
Где предъяв кон, от чьей дури дурной тон.
Не могу думать, ща был просто подогнан
Охуительный фен, поговорим позже, мэн.

Ну не дурак ли? Не хватит ли?
Опять клин внутри тебя, с ним един.
Вряд ли разум чистым будет дальше.
Туда, твоя голова – твоя тюрьма.

0

10

10. По моде молотом (п.у. Слеп Ро)

Крепче гранита, алмаза.
Прёт Пегаса раста в стразах на розовых очках.
С первой фразы, клякса, рад стараться.
С экрана сыпятся понты, педанты.
Таким считай уже кранты, я в этом тебе буду гарантом.
По моде молотом без промаха, бесплатно.
По формату кувалдой с диким азартом психопата.
За чересчур искусственный гламур.
За те рассказы, что не радуют ни разу.
Можно, чур, я буду в роли палача халтур заразы.
Каликатуры культуры, больше того веры.
Нарисовали пьедесталы, себя поставили там первыми.
Чему радоваться? Ведь медали поддельные.
Место по телику в рубрике насмешки публики.
Текста не стоят и гроша.
Дешевле ветоши, типажи, протеже, папье-маше, лешие.
И не пытаюсь я сгладить углы.
Поздно уже, обнажены ножи, больше не нужны ножны.
Желаю бон вояж по твоей коже.
Потом я постою в тени, с видом как бы ни при чём.
Андеграунд воплоти, мать его.
Следи за пульсом, я только начал.

А я продолжу, если ты не против, брачо.
По моде молотом, по эстетам кастетом,
Пробелом по записям, по пафосу фаллосом.
По гриму серной, по языкам бритвой ржавой,
По губам намазанным спермой, по ебалу шпалой.
Мало? Пусть чувствуют лом еблом.
Не в лом молотком по ногтям побить, не пудовым прутом.
Отбить не сложно мозг, стереть с кожи лоск,
Ударами хлёсткими набор диких поможет розг.
Разъебать носовую кость,
Потом вправить, потом опять разъебать. – Братуха, да брось!
Да ты чё! Да хуля брось? Стричь гондонов пора.
Канун ВИП разъёба, день спинного пера.
Пали, из-под шаблона гомика вылетает свежак.
Почту за честь из них каждому обработать пиздак.
Курчавый хуй востребованный у них, но не тут.
Не прут темы последнего, их просто слышать мне труд.
Каторга часом, не за то, что рубит кассу.
За то, что травит массы пустыми фразами.
Путь кажет, сам жалок, слеп, как щенок.
Запустил жало, сотни рук в рэп и ног.
Он тут и уже, почти, бессмертен, как спам.
Ядовитый спрут, итог подводить вам.
Что есть там? Что есть для тебя этот рэп?
Подумай. Всем настоящим салам.

Не засоряй эфир, Вась, не засоряй.
Проебёшь клыки, это неотъемлемая часть, Вась.

0

11

11. Настя

Я перевернул вазу.
Меня опять чуть не стошнило им на рыла сразу.
В силу спазма боль напряжённого глаза.
Всё было так убого, чопорно, грязно.
Среди тех утех находится опасно.
Чисто залепить глаза пластырем наспех.
И я ебал все эти дешёвые басни,
Чем не видеть, не слышать, что может быть прекрасней?
Но я ушёл далеко от их страсти.
Видимо не той масти, забыл их ипостаси.
В своей касте, тогда как в остальных
Вижу лишь никому не нужный почерк свастики.
И эту девушку запомнил я иной,
Ту, которая дрожала, играла цветами разными,
Тело горело девственной виной.
И что теперь стало с Настей, с её страстью?
Глаза пропали, тёртые впадины тоски и печали
Рвали мозги на куски и молчали.
В клубах барного дыма, опьянев изрядно уж,
По щекам текла чёрная тушь.
Сергей, Серёженька, то ли приятель, то ли муж.
Что-то там про чувства, угу-м, да уж.
От вина стало пусто, и проглотила глушь.
Настюша, ну же, покушай лучше, там вон же меню ж!
А там глушили водку палевную нераскаянные.
Были вбитыми в стулья, свалены в недра сознания.
Воняло драмой, не помогали дырявые рамы.
Дополняли гамму со стенами слитые дамы.
Шарканье стаканов, романтика выцветшей шали.
Слепые взгляды, сочащийся гной из шарма.
Это было рядом, глаза смотрели в кружки.
Какая досада? Убьём её пьяными шлюшками!
Досужие мысли, сплетни досужие.
Бесконечные обедни кормятся ужином.
Картины размыты, распиты тары.
Словно стаканы судьбы разбиты, но разлито по-новому с жаром.
Вино шептало о старом, я уже думал, спятил что ли?
Не внял во взгляде боли.
Глаза из-под волос не глядя кололи.
Той весной отрезали обе ноги дяде Коле.
Смотрела на маму под потолком,
Глотала ком, кричала потом,
Умчала потом, отчалила с мечтами и зонтом,
Оставила полный печали маленький старенький дом.
Слёзы стёрты были донельзя, до пыли.
Глаза пленили на миг и закрылись, забыли.
Ворошить то нельзя, как жили.
Я видел жилы, как играли скулы, блядь, но как-то всё-таки жили!
И эту суку я запомнил иной.
Другие мысли, фразы, смысл сказанного.
Сейчас она была лицом ко мне, но спиной.
И что теперь стало с Настей, что за напасти?
Резаные запястья, дырявые вены,
Ампулы слепого счастья.
Аура выцвела давно уже.
Сожгли мосты костры разные, места грязные.
Дрожащий подбородок уткнулся мне в плечо.
В смысле это тут ни при чём, ни о чём.
Она ещё дарила тепло, руками била об стол,
Кричала дурочка что, но это было не то.
Рожала в сумраке всхлипы,
Дышала тяжело, лишала меня показать себя суровым типом.
Но мой взгляд, как враг, был дик,
И лишь, когда глотнул коньяк, на миг я обмяк и сник.
Мне было просто жалко,
Жалко ту коммуналку-свалку, дядь Колину кресло-качалку.
Глаза трёхлетнего Миши, в них немой вопрос.
Он от рождения не слышал и рождал много слёз.
Жаль письма брата, одетого в камуфляж,
Письма без адресата, жаль этаж,
Жаль дом, жаль том, что дописан и закрыт.
Долистан и зарыт, и за кулисами унылый Настин вид.
Воздух свежий трезвил, да я и не пил то толком.
Летел серым осколком
От четырёх сторон, грозивших задавить.
Меня встречал перрон, чтобы проводить.

0

12

12. Мутки

Давай подумаем о том, кто из них ценит меня?
Кого я? Всё стадо рулит мимо меня.
Держит вдали от экспонатов полных грима меня.
Моя голова, и как всегда скрывает ширма меня.
Мои дела то, что касается здесь лично меня.
Кто-то, знаю, пытается налаять притч на меня.
Другая часть старается вылить свой спич на меня.
Такую дичь я обычно в корне публично менял.
Давай поговорим, кто променял на ценник меня?
Кто мог знать, что это стадо так изменит меня?
Сто ног дать – я бы на метр с периметра не слинял.
Станок, блядь, и тот пагубно повлиял.
Давили гонором, бычкой, и чем ещё там меня?
Ну, куда там брить им меня, почётом крыть не меня?
Свободного полёта птицей быть их быт не принял.
С расчётом, кто подходил. Доли секунды. Чё там? Примял.
Будет и туго мне, без друга мне.
Это услуга мне – напротив быть вашего круга вне.
Рук в говне не держал, идеи не донашивал.
Почти пятёра, наверное, за спиной сук, как нет на затылке.
Скотина, пойди по-любому до лихо.
По-тихому там мутила ходы и напоролась на вилки.
Всю мишуру вынес дым.
Не подходи, паренёк, знаю, откуда ведь вылез ты.
Не тяни – не курю, перегар сказал чё надо.
Пчёл на дом, на мёд не звал,
Но счел братом бы в случае ухода с хаты.
Уебывай, мятым пока не стал. Ты да навёл кого? Под-д-датых.
Это так выводит меня.
Хотя судьба этих людей не заботит меня.
Побоку голос каков – за или против меня.
Моя команда растёт, ночью по-по-по-полнится заряд.
Но наплодила местность и всяких леших.
И мой безумный город угля на рэпе помешан.
Столько говна не слышал в мегаполисах.
Цифру "42" просто называть уже боязно.
На таких даже в падлу тратить пасту.
Якобы наступают, нас тут давят уже почти.
Тысячи беспонтовых объединений и групп.
Воняет падалью от них – ф-ф-фу.
Таким не ведом смысл и это конец.
Неуловима мысль и это конец.
Мороку не стоит разводить, мирволить, бегом в опочивальню.
Не дрочите мне баню.
Голова вот-вот пойдёт по швам.
Забита вот этими, теми, котёл кипит, будет шрам.
Меня прячет дым, вижу, маячишь ты.
Тут открыли чисто олени да клячи рты.
Еле уловим, но всё-таки пьяный обертон,
Как если бы вхож был опер в дом.
Смени, если ты полупокер, тон,
Как вот эти две суки, что работают обе ртом.
Я настроен напостой, как камертон.
В силе не расстроить, не поломать идиллию.
Перепутал номер, дом ты,
Или не заметил, что вы отошли от дел – слили.
Жили мы в иле, не ныли, не выли, и топали по полям мили мы.
Живы покуда погода покосы не коцает, яро молили на веники мы.
И мутили коны там по минимуму, на мели нам и мины видны были,
Копа капканы, когда брали хуй пойми у кого пацаны.
Так было, да видели вы те ли виды обители, биты бандитов.
Пади вы не питаны копов дубинами.
Лопали пидоры быт, они тупо за коробы делали трупами.
Напали, капали на мозги, нам возьми, тыкали после ксивы свои.
Так было, да, и это волнует меня.
Где зародилась стезя, где взял, чем зал взорвал.
Дым да НЛО, пойло, пойло.
Я знаю – это замутить стоило.

0

13

13. Пушки (п.у. Шама)

Да сколько там ещё шагов от рая до ада?
С палаты на кратер, Реаниматор со старта.
Когда затянет раны я вновь по нервам стану.
Не сомневайся, эту боль ты вкусишь по гланды.
Эти приборы наготове отсечь норму.
Перял бани в кон тот, не провести шёпот.
Система штопор, систему шторит,
И что готовят переходы, я знаю, чем живёт босота.
Суррогат на холод, эквивалент до упора.
Падут секлёры, поспорим? Соль выжгет те норы.
Выйдут из строя светофоры, на перекрёстках
Ты обретёшь свободу и эти контры.
Примат для анаконды, они дождались бомбы.
Вы хотели пламени? Будем знакомы.
Тротил редкостный, но актуальный!
Тротил редкостный, но актуальный!

У князей "Суи" не водятся пушки.
Кулаки лишь выносят черепушки.

Неуравновешенный лай мой.
Шама говорил как-то – это не лайт мой.
Да, это так, под драп да табак, угрюмый рэпак,
Грубый кулак, мой точно прям как.
Крюк для губ, куб для труб,
Твоих больных шахт, паря, им вечно мало, я знаю.
Пусть будет череп вскрыт под этот инструментал.
Мозг негативом забит, любил, и пить не устал.
Хотя крой скулы, впереди рой сутулых трупов.
Бра(за)крой спину, сзади рой синих.
Могут попортить бока, переебать с кабака,
Подарят рот без зубов, без бэ, два кулака.
Эта путёвка отправит в нокаут путём катов и грязных приёмов,
Плюс этот саунд ещё и темпы.
Достаточно, чтобы зраки закатаны были.
Лица умылись сукровицей, чтобы мамы забыли.
Задеть за живое – это плечом толкнуть,
Мячом побудь, пока решу, куда чё воткнуть.
Злобой пышут собраты, еле дышат на ладан,
Тело, крыша в заплатках вся, заявой накатаны.
Два рубля за зуб, сотка за пиво на голове.
Хватит, харэ, мать их, тратить два рэ.
Облом? А что бы было б тут со стволом, усёк?
Братуха, ну его на хуй, строго кулачный бой! Всё...

У князей "Суи" не водятся пушки.
Кулаки лишь выносят черепушки.

0

14

14. Гуковчане

скит

0

15

15. Верю (п.у. Эйсик)

Только в тебя я верю, РоЭмДи.
Только в тебя я верю, Эйсик.
Только в тебя я верю, РоЭмДи.
Только в тебя я верю, Эйсик.

Я уверен, Эйс, по-любому из другого теста нас пекли.
Точно не наспех жгли. Извилины плели на смех ли?
Отнюдь звуки запилены на века.
Тупо никак уже нас всех слить.
Стой, стоп, не лезь в угол солдата пера.
Он мой весь, сука! Зол на гада, что затирал
Болвану в буке "Суи", капал мой трёп-воск,
Потом около месяца где-то мне ёб мозг.
Хотя не стоит, это пустое.
Этих строй нестроен, вечно будет он обездоленным.
Низкий сорт без нотного стана, плотно рано.
Не были заняты, грош цена им.
Эйс, скажи, терпишь как, брат? Ты же видел таких,
Что типа типы на пути намутили коны, их пруд пруди.
Нули, конвейер нулей, срам и стыд.
Речевой фекалий там и быт.
Эшафот плачет по ним, но мысли не те.
Выстричь – не цель, они и так не удел.
Вот он рубеж, что не взят никем, но нами.
Особый ген, блок питания
Служит духовным кровом, пастырем.
Двигает словом массы, фильтрованный через нас он.
Рэп впаян в бит, лес рук лаем крыт.
Центр, а ещё вчера окраин вид.
Мой продукт – диск на полке, часть нутра.
Релиз, как долгий труд.
Неделим, как хлеб, земля,
Как рэп и я, гармония.

Брат, ты о рэпе? Разгадана теорема нами,
Тем и накормлены головы стада.
Но у виска храм один, сердца такты,
Архипелаг души, огонь, деление атомов.
Зря! Оставлять в живых ошибочно.
Бря! Псевдо лишаются жизни! А!
В центре прицела каждое тело,
И не жалея патронов в рожках отправляем их под гранит, ёу.
Рэпа не может быть много, не может быть мало.
Рифмующе, высекаю сталью "Сая"!
Кризис в старании подбора сюжета в сагах,
Отсутствуют так же, как и у псевдо стайл!
Ёу, байты, копии, хлопай по локтю.
Ёу, клоны, отключена сеть, оборван провод.
Пронто, понятно, огнеопасно.
Правда, как фобия, и мой город давно на рэп карте, яу.
Давно голос поставлен, долой бездарность.
Моё пространство – бесконечность и знание.
Дорога к Заяну – вера, речитатив зигзагами.
И мы центр пламени любого восстания.
Мой каждый атом способен взрываться,
А их миллиарды в нас, я считал их все, знаете.
Мы пища духовная для повстанцев,
Вечны, как батареи солнечной станции.
РоЭмДи, только в тебя я верю.
Блеск в твоих глазах, как амфетамин мне.
Каждый фит с нами, как яд для индивидуумов,
И это только то, как я вижу этот фильм
С плохим, конечно, концом, и титрами, яу.
С дырами между глаз, в сепии, цвета выжженного.
Ценность здесь лишь одна – жизнь.
И пронести её сквозь время дано избранным.

Только в тебя я верю, РоЭмДи.
Только в тебя я верю, Эйсик.
Только в тебя я верю, РоЭмДи.
Только в тебя я верю, Эйсик.

0

16

16. Убитые параграфы

0

17

17. Про Казанова

скит

0

18

18. Аллеи мертвецов (п.у. Жара, LeDy)

Квартал всё ещё терпит газ и травматику.
Мать его, гэнгста фанатиков, ёб твою!
И не было бы новых дыр в пузе, мистер,
Если бы ты купил, что стоило когда-то триста.
Distance от этих кварталов и улиц,
От тех ночных ларьков, где продают "Ягу" и курево.
И кто-то снова покупает это, курит и пьёт.
Курит и пьёт через трубу куриный бульон.
И сколько было бы покурено ещё,
Если бы не новый счёт от того, кого зовём врачом.
Мистер белый халат знает лично рок-н-роллу,
Знает, как минимум, что такое "Кома Ромы".
Кварталам всё равно, сколько в них проживает бедных,
Насколько вредно это, что значит – дырки в кедах.
Это сравнимо с тем, что называют бутором.
Он не вставляет через мокрый даже утром.
Я представляю Косово, если ты от Майами.
Это сравнимо с тем, как потерять в Афганистане
Маленького ребёнка, маленькую Аню.
Я помолюсь, чтобы её вернули маме.

Просто сон, вечный сон.
Стон сирен в унисон.
Без души, без имен.
Не при ком, не при чём.

Здесь все убитые, которые не закрыты,
В землю хотя не зарыты ещё.
Осталось это тока им.
Шахты забиты, новая кровь, белый кокаин.
Полны греха меха, прячут чек кеды.
Ку-кубы людоеды.
Уют третьего сорта,
Который куют грешные э-э-эти морды.
Они угрюмы, они чужды себе сами.
Шёпот шагов дружный, небес саммит
Будет не скоро или не состоится.
Будут те споры, те гены самоубийцы.
Я вижу часы, у которых умер тик.
Руками стрелки незачем крутить.
Нет смысла, как и нет его здесь, пуст и Нет этот весь.
Бред – глубже лезть в бездушный прогресс.
Я вижу похороны целых районов,
Забвение пологих терриконов,
Немое лицо дикого крова, пристанища.
М-м, м-м, духа обнищал.
Обыденно здесь теперь всё, ядовито.
Опрятно видом, но куколка не бабочка – гнида.
Объята идолом, скажи мне каким? Да любым.
Ребята и талон на шесть часов в мир убитых картин.
И здесь успел успеть и я.
Взяла в плен сия суспензия,
Чем заливает беc кишки.
Люди мертвецы, люди без башки.

Просто сон, вечный сон.
Стон сирен в унисон.
Без души, без имен.
Не при ком, не при чём.

0

19

19. Туши свет (п.у. Rezo Spliff Blazer)

Запах травки душистый штырит так, что аж туши свет.
РоЭмДи и Rezo Spliff Blazer здесь, варганим гремучую смесь.
Стили так, что фэйки мигом на хуй сместились.
Окраина Москвы и Гуково наводит хип-хап мосты.
Всё также греем микрофоны, они не остыли.
Всё также в этом деле остаюсь быть настырным, но простым.
Я тот, кто хуй клал на посты в хип-хап форумах.
Мои пацаны – моя опора.
Пора бы встать взрослым.
Строчащим лажу недо-недоносков.
Мы роем скважины в недрах вашего мозга,
По ГОСТу в прозах дым превращая в воздух.
Не ради завоевания статуса босса.
Ради того, чтобы русский рэп рос.

Эта рэпчина не гон, не понт это.
Оккупировали места и держим фронт этот.
И кто-то гонит там где-то – это до встречи.
Будет облаян, подстрижен и покалечен.
Пока лечим чисто, ведь не резон никак,
Курить с Rezо табак.
Нам нужен пэк, как и тебе.
Как и всем, кто на волне.
Уверен, братка, будь, брака тут не увидишь,
Хоть ползай раком с копами, что ищут наркоту.
Туда, где стёкла колонки трясут,
Гидропонку несут куче подонков и сук.
Бездонный колодец – это дозняк.
Аппетит урезать уже никак, ты солидарен, ведь так?
Или нет? Для такого нажат тихо слив.
Это не для таких плюются Дигга и Spliff.
Маякуй своей банде, чтобы отваливала.
Мы на твоей веранде и не будем долго ебать тут вола.
Это цифра 42, это опасные места.
Это Москва, это пизда!

0

20

20. В.М.П.В.М.С.

Я пускаю дух в трек,
Что греет его, от чего всегда пух дрэк.
Не пережёвывал вслух сленг.
Находил улицы силой двух дек.
CD-R'ок, что не запрещено,
Но ебёт мозг, как коны в Сити геры.
В сети мелочь, далеко не всё,
Что дух глубокий несёт, в чём сидит вера моя.
Корм трущобы хавают мой.
Ещё бы, хапает рой на постой.
Особый трёп – злой.
Лапают диск, пьяный строй.
Поднимает кубок на репите кивок
За сорт не для клубов.
Не тот типаж, менталитет, иная школа.
Как вискарь и кола. Рем Дигга соло.

Всем моим псам, всем моим сукам.
Всем моим псам, всем моим сукам.
Всем моим псам, всем моим сукам.
Когда говорю сам, со стороны ни звука.

Звучит из окон тачил, плющит,
Кто под боком и мимо идущих.
Грубый спич мой спей постичь.
Яд для рэперков и их дырявых днищ.
Компас, точно возглас
В блочных катакомбах, мой бас
Сочный; строчный порох огонь даст.
В клочья порвёт, как уже было ни раз.
Когда идёт речитатив Дигги – молчат.
Дико не рычат, максимум – тихо мычат.
Ловят ритм, шифрами пишут на трубы.
Другие втыкают, нервно лижут губы.
Это ценимо, вне радио и TV.
Этого мимо, прёт трёп индивид.
Незаменим он – подлинник.
Возле ганцов ценителей, он По для них.
Я для рэперков, кто так се.
Или вобще хуйня, fuck всем.
Кто здесь задержался – до пизды,
Что придёт, когда докурю листы.
Много мата? В уши вату суй.
Техника автомата "Суи".
Вешай петлю и зависай над полом
Под моё больное соло.

Всем моим псам, всем моим сукам.
Всем моим псам, всем моим сукам.
Всем моим псам, всем моим сукам.
Когда говорю сам, со стороны ни звука.

0


Вы здесь » Архив Рэп Лирики » Рем Дигга » (2009) Периметр